гинальную придумали? Сны! У Генерала «приёмника» уже нет, а «передатчик» ещё вовсю работает. Девять дней непрерывно доносить будет, а на сороковой день — контрольный сигнал пошлёт. И всё. Да, жопа. Мне Мамамама объясняла. Смотри, у Генерала рот выправился. А ведь кривой был, как у всех начальников. И лицом просветлился, болезный. Лёлик, давай отпразднуем начало доноса. Вознесения, то есть. Ишь, какой хорошенький стал, видать, отчёт на небе приняли без единой придирки. Баланс сошёлся. А профиль-то, профиль! Вожак! Впрочем… Вожак — это тот, за кем идут. А наш со своим стадом иначе управлялся — позади бежал, злой и похотливый, как овчарка, как конвоир. Ну! В первом случае люди отстать от вожака боятся, а во втором боятся задержаться — не пришлёпнул бы, гад… Лёлик, сдаётся мне, что далеко не всяких космических посланцев изначально наделяют гуманной целью. Вот, молодец, выпил пробочку! Тебе хорошо, Лёлик? И мне хорошо. Давай споём. Зап-певай, Лёлик. Эй, таких слов в песне нет! Впрочем, дай-ка подумать… Наш Генерал теперь — само совершенство! А что, если на ухо ему пошептать? Может, он нужную для нас информацию тоже отправит, куда следует. Действующий «передатчик» всё-таки. Давай попробуем, Лёлик! Ш-шшш-шшш! Итак, наш торжественный «sos» заливаем прямо в ушное отверстие: «Ах, малышка-малышка, девочка моя хорошая, никого я так не любил, как тебя. Возвращайся!» Всё, Лёлик, слова кончились. А ведь, казалось, так много скажу! Хм-м. Передача прошла нормально? Спасибо, Генерал. Сколько я вам должен? Благодарю. Сочтёмся, так сказать, после. Когда я умру на небе, вы тоже сможете пошептать мне на ухо — земля услышит. Гарантирую. Лёлик, все на земле друг для друга убийцы — это и есть жизнь! И природа здесь устроена странно, я уж говорил: без болезней не может быть иммунитета. Собственно, он и возникает-то в результате вирусных атак. Лёлик, я не давал девчонке лекарств — она получила собственный иммунитет, а не тот, что нынешние хиляки «поддерживают» при помощи... Ик! Ик-к! Какой хороший доктор: смерть! Никогда не ошибается! Настоящий лидер! Или конвоир? Кому ведь как, Лёлик. И святости без греха не отведаешь, и без настоящей бабы настоящего мужика не получится… Ладно, не будем о грустном. Главное, чтобы наша девочка не оглядывалась. Потому что смерть впереди неё — лидер, а та, что позади — пасть ненасытная, гадина, враг. Да, Лёлик, глубина такой жопы ошеломляюща. Так что, дыра — это наша с тобой оглядка. Как хорошо, пернатый, что ты знаешь всего несколько здешних слов. Зато каких! Самых важных! Ты, Лёлик, не какой-нибудь певец детских суффиксов: ножки-ручки-носик-носочки-глазки… Скажи истину, Лёлик. И произношение у тебя не хромает, вполне сносное. Как у простуженного бомжа с философским образованием. Лёлик, я тебя уваж-жаю! Ты есть пернатое живое знание. Любопытный зелёный дилетант. Знаешь, чем живое знание отличается от мёртвого? Живое так делает: поймал-отпустил, поймал-отпустил… А мёртвое знание всё пойманное в правила превращает, в науку; затолкает какую-нибудь мысль в клетку и дверцу заварит навсегда. Ур-роды! Девочку я так учил: если ты, дитя, научишься тому, что тебе будет легко в вещах трудных, то не удивляйся, когда тебе будет трудно даже там, где легко… Лёлик, ты внемлешь? Лёлик, у нас с ней дружба образовалась. Ты знаешь, Лёлик, что такое дружба? Нет, не то. Дружба — это бесполая любовь. Лёлик хоро-оший, хоро-оший! Ты зачем накакал на Генерала? Кыш, подлец! Мы, Лёлик, экзамен свой выдержали: мы никому из тех, у кого мало собственной жизни, не дали «жить ребёнком». От этого у него, у дитятки, своя собственная жизнь началась очень рано. Так рано, что мы теперь страдаем. Генерал, это и вас касается. Генерал, а вы ангелов уже видите? Скажите этим бабочкам, чтобы к земле не приближались: ангелы на земле не живут! Обязательно скажите им, что здесь они воплощаются в куриц с «нежным и питательным мясом». Скажите им, что они здесь вообще не нужны! После ангелов люди делаются дураками: они учатся любить самих себя беспомощными. Эй! Мастер-классы пусть проводят на небесах, а не в курятнике. Генерал, вы встречали на своём жизненном пути куриц, которые стремились командовать? Разве это ангелы?! Хотите выпить? Я волью. Уже не надо… Ничего, не расстраивайтесь, для нашей души небо — это стопроцентный спирт, настоенный на райских яблочках. Нектар! В небе и трезвенник пьян бывает. Я у Мамымамы в храме подглядел. Один в один! Поют, шатаются, плетут что попало… Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Знаете такую пословицу-поговорку? Пьяному врать никак нельзя! Потому что честность в настоящем небе — это воздух, которым все дышат. И ангелы, и гады. Лёлик, гад, прекрати какать на Генерала! Что я потом родственникам скажу? Родственники… Придут женщины и начнут выть. Не хочу. У женщин на земле всего три умения: «не уметь не опаздывать», «уметь не опаздывать» и «не уметь опаздывать». Третий вариант встречается крайне редко. Наша малышка — третий. Думаю, она успеет стать собой где угодно и с кем угодно. Опасное дело, Лёлик! Живая человеческая судьба очень уж похожа на фотоплёнку… Помнишь свой архив-негатив? То-то! Кадры личной жизни! Которые запросто могут превратиться со временем в Страшный суд. Экспонировать живые «кадры» можно лишь однажды, а прикасаться к ним рекомендуется исключительно чистым сердцем. Ностальжи, Лёлик, ностальжи… Тотальная оцифровка погубила наши личные «кадрики» — мгновения непредсказумого счастья. Увы, счастье на земле теперь предсказуемо стопроцентно, оно тоже оцифровано и каталогизировано, структурировано и роздано по всевозможным проектам. Чувствительной девственной «плёночки» внутри человека не стало — живое теперь «сливает» оцифровку бытия в свой виртуальный «Вавилон». Сливает и переформатируется, сливает и переформатируется… И все довольны. Страшный суд отменён. Механическая душа вечна и неуязвима. Слушай, Лёлик, чего-то всё-таки не хватает. Композиция не закончена! Погоди, я на ватмане табличку напишу фломастером. Вот так: «Он жил и умер на «Буммаше». А куда поставим, на грудь? Солидно Генерал смотрится, правда! Как на пресс-конференции. Лёлик, я ещё немного посплю. Прилягу рядом с миром и прахом. Ты меня разбуди, если «Буммаш» вдруг переименуют.
КОНЕЦ II